04.04.2014

СКВОЗЬ МРАК К СВЕТУ

Возвращаясь воспоминаниями в свое детство и юность (сейчас мне 45 лет) и проводя параллели с современностью, вижу, что с тех пор в Донецке, где я родился, вырос и прожил большую часть жизни мало что изменилось. Такие же неблагоприятные социальные условия и такие же проблемы.
IMG_0120

Первый муж моей мамы погиб в шахте. Оставшись с двумя детьми, она еще раз попытала счас­тья. Во втором браке родила меня. Мой отец хоть и был коммунистом, но высокой моральностью не отличался: злоупотреблял алкоголем, гулял, выносил из дома деньги. Со временем он совсем спился, и мама его выгнала. Конечно, растить в одиночку троих детей было тяжело. Кроме основной работы – машинистом шахтного подъема – она подрабатывала в магазине, поэтому мы видели ее мало. Наверное, на фоне такого неблагополучия в семье детям сложно было развиваться полноценно.

Дома верховодила старшая сестра (разница в возрасте между нами – восемь лет). Часто приходили ее друзья. Мне нравилась их «блатная» жизнь, и я во всем старался им подражать. Поэтому уже в первом классе начал приобщаться к курению конопли. Первые шаги в этом направлении были весьма плачевными, домой меня приносили практически бездыханного. Но, оклемавшись, я опять настойчиво обрекал себя на страдания. Так и пристрастился: в шестом классе уже употреблял маковую соломку, а в седьмом впервые укололся… Когда исполнилось шестнадцать, пережил смерть старшего брата. Он был наркоманом со стажем и умер практически у меня на глазах, наверное, от передозировки. Но даже это меня не остановило. Наркотик прочно вошел в мою жизнь. К тому времени я уже полностью «сидел на химии». Чтобы купить очередную дозу, нужны были деньги. Пытался зарабатывать, разгружая вагоны. Но на зелье все равно не хватало. Поэтому начал воровать…

Ксчастью, есть у меня и совсем иные воспоминания – о чистом, трепетном, возвышенном. Конечно, они связаны с Богом. Сам удивляюсь, как в ад, в котором я жил, проникал Своей любовью Святой Господь! Возможно, всему «виной» была моя бабушка. Она хоть и не ходила в церковь, но Библию уважала. Наизусть знала 90-й псалом и молитву «Отче наш», которой научила и нас, детей. Или то обстоятельство, что в детстве часто проходил мимо красивого здания, на котором было написано «Дом молитвы». Оно необъяснимо влекло меня, всегда хотелось туда войти или хотя бы заглянуть в щелочку. Казалось, что именно там обитает тот добрый невидимый Бог, к которому мы вместе с бабушкой обращались «Отче наш». А запах ладана, который ощутил, побывавши из любопытства на пасхальном богослужении в православной церкви, помню и сегодня. Еще помню разговоры о том, что у кого-то из наших родственников в селе Липовом Полтавской области, куда мы с мамой летом обычно ездили в гости, есть Библия. Я, конечно же, ее не видел, но после каникул ребятам в школе рассказывал, что у нее якобы светятся буквы, так что читать ее можно даже ночью. Не знаю почему, но мне хотелось говорить об этой таинственной книге что-то хорошее. Хотя все это так, лирическое отступление...

Повзрослев, я и вовсе распоясался: напропалую воровал, до умопомрачения играл в карты, кололся «тяжелыми» наркотиками. На мой беспутный образ жизни никак не повлияла даже женитьба. Казалось, сдерживающих факторов просто уже не существует. Судимости следовали одна за другой. Очередную угрозу тюремного заключения отвела армия, куда меня призвали в 1989 году. Но и тут мне подфартило – направили служить в Северный Казахстан, город Экибастуз. Военная часть располагалась не так далеко от Чуйской долины (места массового произрастания конопли), что дало возможность без особого труда продолжать привычную «кайфовую» жизнь. Последствия этого были плачевными: из армии меня комиссовали с диагнозом «шизофрения на почве наркомании».

Дома ждала семья (к тому времени у нас родился сын). Зарплата в шахте была маленькая, и я снова начал воровать. Дальше – больше: опять «братва», шальные деньги, разгульная жизнь. С каждым днем опускался все ниже. Чтобы заглушить тягу к наркотикам, беспробудно пил. Когда обстоятельства сложились так, что трое суток не было возможности достать спиртное, началась белая горячка. Казалось тогда, что у меня опухают мозги. В состоянии, граничащим с безумством, заперся один в чужой квартире. Начались слуховые галлюцинации. Отчетливо слышал голоса: «Ты уже не жилец!» От безысходности, в порыве отчаяния кинулся искать веревку. Нашел ее сразу же. Обрадовался, что совершенно новая и очень прочная. Подумал, что как раз подходящая, выдержит. Сделав петлю, закрепил веревку в туалете на трубе и встал на унитаз. В тот миг, совершенно неожиданно для себя, я вдруг обратился к Богу: «Господь, Ты видишь, я здесь не нужен, забери меня». После, накинув петлю на шею, прыгнул… Никаких тоннелей и яркого света я не видел. Очнулся лежащим на полу, мучили судороги. Когда немного пришел в себя, поднялся, снял петлю и увидел, что веревка была разрезана, как будто обожжена. Как логично это объяснить, не знаю. Но был уверен: меня спас Бог. Подумал: «Господи, зачем? Жизнь померкла, надежды нет». И внутри себя как бы услышал: «Я дам тебе вторую жизнь. Езжай в село – там у тебя все наладится».

Отлежавшись в больнице (с диагнозом «белая горячка»), немного поправившись, поехал с мамой в село. О Боге особенно не размышлял, но Его слова о том, что все у меня изменится к лучшему, зацепили. Появилось желание вырваться из алкогольного и наркотического плена. Устроившись на работу в колхозную маслобойню, добился успехов – стал начальником. Со временем познакомился с одинокой женщиной и переехал в ее дом. Но душевного покоя не было. Постоянно хотелось выпить и уколоться. Поэтому вскоре наркотики опять завладели мною. Но я уже сопротивлялся, как мог. Неоднократно проходил курс лечения в наркодиспансере, обращался к психологу. Даже занимался в реабилитационном центре по программе «12 шагов». К сожалению, положительного результата не было. По совету знакомых несколько раз бывал на собрании церкви в селе Ирклиеве Черкасской области. Проповеди пастора вызывали интерес. Удивлялся, что он как будто обо мне говорил. Обнадеживало, что Бог может меня простить и все изменить, нужно только искренне покаяться. Но я не откликнулся, пренебрег Его благодатью, и руку помощи Небесного Отца не принял.
Вместо этого опустился конкретно: беспробудно пил и кололся. Потерял счет дням, не видел солнца. В таком состоянии часто являлись бесы и терзали меня. В помрачении рассудка вскрывал себе вены. Даже ходить уже не мог, начали гнить ноги. Мама за мной ухаживала. Однажды услышал, как соседки предлагали ей бросить меня и уехать в город к дочке, мол, «сами его похороним». Мама ничего им не ответила, но ее опущенные глаза и скорбный вид заставили меня глубоко задуматься. Перед глазами промелькнули все прожитые годы.

Вдруг отчетливо осознал, что на протяжении моей непутевой жизни Божья милость меня берегла. Пять раз был судим, но в тюрьме не сидел ни разу. Даже когда до полусмерти избил человека и обвинялся по статье, предусматривающей десять лет заключения, каким-то удивительным образом остался на воле. Еще вспомнил, как ночами компанией ходили на колхозные маковые поля. Других ловили, и больше их никто никогда не видел. Нас же Господь все время хранил – ни разу не поймали. А девятнадцать лет нар­котической зависимости чего стоят! Один только Бог сберег меня от заражения гепатитом, туберкулезом, СПИДом, ведь не раз кололся одним шприцом с больными.

«Господи, я не хочу умирать», – возопил к Богу. На руках, волоча ноги, вполз в другую комнату и там молился, рыдая перед Богом: «Господи, больше не хочу так жить! Хочу жить с Тобой. Помоги мне!» Искреннее каялся, взывал о милости, просил прощения за все мерзости, которые творил. И услышал ответ с небес: «Я все тебе дам. Только будь тверд и мужественен, да не отходит сия книга закона от уст твоих». Взял Библию, начал читать. Почувствовал необъяснимое облегчение. В душе забрезжил рассвет, открылся горизонт, завтрашний день увиделся солнечным, радужным, добрым. Казалось, Бог произвел во мне искуснейшую операцию, очистив мою внутренность от многолетних наслоений греховного ила. Естество наполнилось осознанием важнейшей истины: если в сердце нет Бога, то противостоять греху очень сложно, практически невозможно.

OLYMPUS DIGITAL CAMERAСтех пор я начал настойчиво молиться, размышлять над Словом Божьим. И недели через две уже понемногу выходил на улицу. Когда к нам во двор пришли те «добрые» соседки и спросили у матери, не надумала ли она уезжать, я, собрав силы, вышел на порог и решительно ответил им: «Бог сказал мне, что я буду жить и буду служить Богу. И все у меня будет хорошо». В ответ они лишь посмотрели на меня, как на безумного. К сожалению, поначалу и мама не очень радовалась моему желанию идти за Богом.

Но я все-таки поехал в церковь. Слова «не оставляй собрания своего» обрели для меня реальный смысл. Возникло желание быть хоть чем-то полезным общине. Радовался, что вскоре мне доверили делиться на воскресных собраниях откровениями из Библии, играть на гитаре, петь псалмы, а также вести детское служение. Почти все свободное время уходило на подготовку. Это содействовало моему духовному росту и укреплению веры. Через год после меня покаялась мама. Бог вложил в мое сердце большое желание учиться. Окончив библейскую школу, а затем колледж, поступил в христианский институт и получил диплом богослова. Сейчас учусь на втором курсе Международного университета «Видение», осваиваю специальность психолога. Господь исполнил Свое обещание – дал мне жену, верную и мудрую помощницу, с которой мы вместе уже семь лет.

Безмерно благодарен Небесному Отцу за всепрощающую любовь, безграничное терпение и многолетнее ожидание Его блудного сына. Сейчас я служу пастором небольшой церкви, стараюсь окружить людей вниманием и заботой, помочь им увидеть Божью руку в их судьбе. Руку, которая таким чудесным образом возвратила меня к полноценной жизни.

 Владимир СЕМИОНКИН с.Скородистик, Черкасская область 

 

Вгору